Расследовать и убрать? Кому помешал закон о дистанционном образованииФОТО: СОФЬЯ САНДУРСКАЯ / АГН «МОСКВА»
АНАСТАСИЯ АНТОНОВА

Закон о дистанционном образовании, который должен регламентировать стандарты качества электронных платформ и учебных пособий, внезапно оказался в центре парламентского расследования и работы думской «согласительной комиссии». В чём истинная подоплёка резкого отзыва главы Совета Федерации на данный закон, почему он будет пересмотрен и какие силы могут стоять за борьбой против данного проекта, разбирался Царьград.

Всё началось с того, что Валентина Матвиенко выступила с резкой критикой закона о дистанционном образовании, усмотрев в нём ряд «технических неточностей». Спикеру Совета Федерации не хватило в документе слова «исключительно» в определении профессий, обучать которым можно в дистанционном формате.

«Слабые рычаги»

Напомним, суть законопроекта «О внесении изменений в Федеральный закон «Об образовании в Российской Федерации» состоит в том, что все онлайн-платформы, предоставляющие образовательные услуги для обучения в государственной системе образования, должны верифицироваться и тщательно проверяться государственной системой. То же относится и к электронным учебным пособиям.

Однако проблема, по мнению главы Верхней палаты парламента Валентины Матвиенко, – в самой позиции главы Минпросвещения России Сергея Кравцова:

Очень странную позицию занял министр просвещения. Понимая, что допущена ошибка, а Совет Федерации должен действовать строго в правовом поле, он включил все свои рычаги, правда, рычаги слабые, чтобы надавить на Совет Федерации, чтобы мы приняли закон с ошибкой.

Спикер Государственной думы Вячеслав Володин немедленно инициировал парламентское расследование, а также создание «согласительной комиссии». Комиссия должна выяснить, как в текст закона прокралась ошибка, которая допускает крайне вольные, а то и двоякие трактовки того, чему можно, а чему нельзя учить «на удалёнке». Кроме того, её задача – попытаться это внутреннее противоречие преодолеть для благополучного принятия законопроекта в корректной форме.

Проблемы и решения

Можно сослаться на определённую поспешность депутатов в отношении принятия закона. Но не исключено, что резонансный проект просто пытаются «положить под сукно».

С начала пандемии дистанционное образование в России спровоцировало массу проблем. И родители, и педагоги откровенно недовольны таким форматом, ведь пока он не позволяет давать знания и навыки обучающимся в том же объёме и того же качества, что и традиционное очное обучение.

Более того, как следует из текста самого закона, да и из элементарной педагогической логики, далеко не все дисциплины и специализации в принципе можно «оцифровать» и преподавать через интернет. Ну как, например, можно научить дистанционно медика? Или химика-технолога? Есть ещё несколько десятков специальностей, где необходим непосредственный контакт ученика и преподавателя (кстати, учителем тоже невозможно стать «по зуму»). И это, как правило, важнейшие для страны образовательные направления.

Дьявол в деталях

На техническую неточность, из-за которой разгорелся скандал, изначально никто не обратил внимания, и Госдума благополучно приняла закон в третьем чтении. Судя по всему, депутаты, оперируя элементарной логикой, решили, что по умолчанию и так понятно – что можно, а что невозможно чисто физически преподавать в дистанционном формате. А может быть, и вовсе ничего не решали – дескать, «Путин поправит». Поправила Матвиенко.

Но есть веские основания полагать, что конфликт не столько в выпавшем слове «исключительно», которое можно было спокойно поправить. Проблема в самой сути закона, в том, что государство настаивает на своём праве проверять и регламентировать работу образовательных онлайн-площадок, претендующих на интеграцию в государственную образовательную систему.

Ведь помимо государственных цифровых систем в России есть корпорации, которые претендуют на это поле в частном порядке. В первую очередь это крупные банки и интернет-корпорации; активно работают на этом поле также НКО. И у каждой из этих структур – свой взгляд и на будущее нашей страны, и на систему образования в России. Банк хочет вырастить из школьника идеального потребителя. IT-гигант – идеальную машину. Иная НКО – идеального революционера.

Ну и, конечно же, нельзя забывать о деньгах. Рынок образования – это госконтракты и частные платежи на миллиарды и миллиарды рублей.

И законопроект Минпросвещения – прямая угроза замыслам владельцев всех этих частных и квазигосударственных площадок. Он отсечёт всю педагогическую цифровую самодеятельность, которую данные корпорации не просто предлагают, а активно навязывают государственной образовательной системе.

Может, именно поэтому и разразился скандал? Лоббистам частных площадок необходимо дискредитировать и сам нормативный акт, и депутатов, которые его разработали, и поддержавшего проект министра просвещения России.

Что с того?

Есть серьёзное опасение, что «согласительная комиссия» работать будет долго, слишком долго для конструктивного решения. В надежде, что про законопроект попросту забудут и «положат под сукно». А дальше дистанционное обучение можно будет смело разворачивать на удобные цифровые рельсы. Где не будет государственных проверок, зато расцветёт полный либерализм дистанционки без государственного контроля, зато за государственный счёт.

©